Архиепископ Павел (Хорава)
Путь праведный
Часть I
Погружение или обливание?
Погружение или обливание?
Глава XXIV
_____________________________________________________________________________________________
Исключительный случай не является законом для Церкви
В споре со старообрядцами представители официальной церкви, наставляемые Э. Челидзе, часто ссылаются на отдельные случаи, когда то или иное церковное таинство (напр., крещение) совершалось иначе, с отступлением от установленного церковного чина; то есть нарушались те обязательные моменты, предписанные для крещения, без которых крещение невозможно считать крещением.
Такие случаи смущают многих христиан и заставляют думать, будто бы необязательно совершать крещение только одной формой — трехкратным погружением в воду и призыванием имени Пресвятой Троицы.
Более того, в официальных церквях, где массово и повсеместно распространена латинская форма крещения — обливание, — подобные исключительные случаи используют для оправдания своей практики и утверждают, что крещение обливанием точно так же преподает крещаемому благодать, как и его древнейший чин погружения.
Исключительные случаи и факты определенных отступлений от установленного чина были хорошо известны всем тем богословам и деятелям того периода, кто не считал обливательно-окропительное крещение каноничным и принимал акты, направленные против такого крещения.
Исключительные случаи и факты определенных отступлений от установленного чина были хорошо известны всем тем богословам и деятелям того периода, кто не считал обливательно-окропительное крещение каноничным и принимал акты, направленные против такого крещения.
В книгах Э. Челидзе "Церковь — невеста Божья" и "Душа-живая" подобные исключительные случаи занимают особое место для оправдания обливательно-окропительного "крещения". Рассмотрение этих примеров по отдельности увело бы нас довольно далеко (мы коснемся лишь нескольких), да это и не нужно, поскольку, согласно учению святых отцов, исключительный случай для Церкви закона не представляет.
В 17-м правиле Двукратного собора в Константинополе прямо сказано, что святые отцы редкий случай не считают законом для церкви.
Св. Григорий Богослов утверждает: "...что редко, то не закон для Церкви, так как одна ласточка не показывает весны..." (Св. Григорий Богослов. Слово 39, на святые светы явлений Господних//Собрание творений в 2-х т. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1994. Т. 1. С. 540) (См. также: http://www.moral.ru/encyclopedia/r.htm#редко) (Дата обращения к URL: 12.05.2026).
И св. Исаак Сирин также изрекает, что: "Исключительные случаи, (происходящие) по особенному смотрению Божию, не должны иметь никакого влияния на общее правило для всех" (Исаак Сирин, прп. // Игнатий (Брянчанинов), свт. Слово о смерти. М., 2008. С. 23; Игнатий (Брянчанинов), свт. Слово о видении духов. http://azbyka.ru // см. Также: Начало молитвы: Беседы о внутренней жизни / Николай Новиков. – 2-е изд. – Москва: Изд. проект "Путь умного делания", 2022. – 646 с. URL: https://azbyka.ru/otechnik/Nikolaj-Novikov/nachalo-molitvy-besedy-o-vnutrennej-zhizni/2#source).
По словам св. Иоанна Дамаскина: "… то, что редко случается, не бывает законом для Церкви, и одна ласточка не делает весны, как кажется, и Григорию Богослову 120, и как есть в действительности. И одно мнение не в состоянии опровергнуть предания всей Церкви, простирающейся от [одних] концов земли до [других] её концов" (Три защитительных слова против порицающих святые иконы или изображения / Св. Иоанн Дамаскин ; С греч. пер. Александр Бронзов, преп. С.-Петерб. духовной семинарии. - Санкт-Петербург: Изд. книгопродавца И. Л. Тузова, 1893. Слово 1, Гл. 25. С. 21- 22 // URL: https://azbyka.ru/otechnik/Ioann_Damaskin/tri-zashhititelnyh-slova-protiv-poritsayushhih-svjatye-ikony-ili-izobrazhenija/#source).
Таким образом, "права не устанавливаются исходя из того, что может произойти в единичном случае" (Дигесты Юстиниана//Памятники римского права. М. "Зерцало", 1997. Кн. 1. Титул III. 4. С. 166 // URL: https://azbyka.ru/otechnik/Yustinian-1/digesty-yustiniana/2_3).
Патриарх Феодор Вальсамон в толковании на 18-й канон Сардикийского собора пишет: "Если же кто захотел бы противопоставлять мне случившееся во дни святого Афанасия Великого, – ибо написано, что крещенные им в детской игре в песке морском были приняты как крещенные, – и то, что совершилось на святом Порфирии, когда он крещен был лицедеем в виде шутки и вследствие этого удостоился мученического венца, потому что тотчас увидел ангелов, предходящих ему со светильниками и взывающих: "елицы во Христа крестистеся", – то я противопоставлю этому законное правило, в котором говорится: что не по правилам, то в пример не приводится. … мы необходимо будем следовать божественным и священным правилам" (Правила святаго поместнаго собора сардикийскаго. Правило 18. Правила святых поместных соборов с толкованиями. Москва 1880 г., стр. 352).
Поэтому исключительные случаи, с помощью которых пытаются продемонстрировать "законность" окропительного "крещения", не принимаются в качестве правила и не должны иметь влияния на законное установление, что означает: изменение законного определения таинства тем или иным чином, данным в исключительном случае, недопустимо!
Это четко отражено и в деяниях VII Вселенского собора, где сказано, что блудники и прелюбодеи не сподобятся священнослужительских чинов, если совершили этот грех после крещения:
"Знаю и то, что Манассия чрез покаяние получил отпущение нечестия. Знаю и то, что блудницы и мытари были приняты чрез покаяние; но ни один из них не был удостоен священства, кроме того случая, если сделал это до крещения. Знаю некоторых иноков, которые, будучи в мире, были пленены блудом, а будучи иноками подобно светильникам блистали в мире аскетическою жизнию; но ни один из них не вступал в священство. Если же это и случалось, так это не есть церковное правило" (Деяния Вселенских Соборов, Том 7. Из правил шестого вселенского собора, правило 22-е. Деяния VII всел. Собора. Деяния всел. Соборов; изд. 2- ое. Казань, 1891, т. 7, стр. 328 // Деяния Вселенских Соборов, изданные в русском переводе при Казанской духовной академии: В 7 том. - Изд. 3-е. – Казань: Центральная тип., 1910 / Том 7. 1909 // URL: https://azbyka.ru/otechnik/pravila/dejanija-vselenskikh-soborov-tom7/1_25).
1. Переадресованное обвинение
Необходимо отметить, что существуют различные категории исключительных случаев. Однако, прежде чем мы перейдем к обсуждению исключений, мы не можем обойти стороной очередной кощунственный и абсолютно необъективный выпад Э. Челидзе против древлеправославных.
Мы уже видели, какими ненаучными методами он ведет борьбу со старообрядцами; с какой не подобающей ученому и христианину наглостью он поносит своих оппонентов; мы видели, какие софистические уловки он использует для оправдания своих ложных идей. Всё это наглядно демонстрирует его несостоятельность и уязвимость его позиции. А теперь следует рассмотреть его очередную жалкую попытку, в которой наш оппонент осуществляет "переадресацию" полемической критики и связывает критику, высказанную в адрес других субъектов, со старообрядцами.
В сноске на 422-й странице своей книги Э. Челидзе отмечает, что древлеправославные "нисколько не менее склонны к совершенно кощунственному искажению неопровержимых фактов", и там же пишет, что читатель может ознакомиться с несколькими примерами "неопровержимо разоблачённых ужасающих старообрядческих "источниковедческих" фальсификаций", например, с публикацией Романа Вершилло "О перекрещивании" (http://deistvo.chat.ru/perekrest1.htm#2) (дата обращения: 29.05.2026).
Ссылка на эту публикацию как на якобы разоблачающий источник "ужасающих старообрядческих "источниковедческих" фальсификаций" уже в который раз выявляет собственную фальсификацию Э. Челидзе, которая вновь обнажает духовное уродство этого человека. Дело в том, что указанный Э. Челидзе автор, Роман Вершилло, рассуждает не о "староверах", а о Русской Православной Церкви Заграницей (рус. аббревиатура: РПЦЗ). К настоящему времени эта церковь уже присоединилась к официальной "православной"церкви России. Упомянутая статья Р. Вершило написана и опубликована в интернете 13/26 сентября 1998 года (см. http://deistvo.chat.ru/perekrest1.htm#1) (дата обращения: 29.05.2026).
Исходя из этого, данная статья Р. Вершило никоим образом не может служить разоблачающим источником "ужасающих старообрядческих "источниковедческих" фальсификаций", если же речь идет об "ужасающих старообрядческих "источниковедческих" фальсификациях", то такую оценку Р. Вершилло дал Русской Православной Церкви Заграницей, то есть РПЦЗ, а не "староверам". Чтобы убедиться в этом и обличить совершенно безответственное и необъективное нападение Э. Челидзе, обратимся к введению самой упомянутой статьи Р. Вершило.
"Главное в жизни каждого христианина - правая вера в Бога-Троицу, выражением которой является формула крещения: Во имя Отца и Сына и Святаго Духа". Сохранение неизменными установлений о крещении - первейшая забота священной церковной власти, и знак того, насколько данная поместная церковь (То есть, РПЦЗ — архиеп. П) верна слову Спасителя: Идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святаго Духа (Мф. 28:19).
Как говорит 6-е правило 7-го Вселенского Собора: "когда же будет Собор о предметах канонических и евангельских, тогда собравшиеся епископы должны прилежати и пещися о сохранении Божественных и животворящих заповедей Божиих". От Церкви требуется соблюдать евангельские постановления о крещении так, как их всегда соблюдала Вселенская Церковь. Именно соблюдать, а не изменять, уточнять или дополнять.
Невозможно не видеть, что Русская Зарубежная Церковь (РПЦЗ) вступила на путь изменения установлений Православной Церкви о таинстве крещения. Это нашло выражение в официальном решении о том, чтобы перекрещивать всех еретиков, или так называемых "инославных". Неофициально выдвигается требование о перекрещивании обливательно крещенных.
Особенно далеко на этом пути продвинулись Канадская и Восточно-Американская епархии РПЦЗ. Известно о случаях перекрещивания в других епархиях. Эти неправославные представления о крещении приносятся и в Россию.
Перед нами два публичных заявления: Резолюция пастырского совещания западной части Канадской епархии РПЦЗ 1993 г. и книга "Новый Маргарит, или святоотеческие наставления о покаянии, говении, исповеди и христианской жизни", изданная в 1998 г. в той же епархии.
В Резолюции сказано: "Крещения в инославных "церквах" считаются РПЦЗ недействительными и поэтому всех инославных, желающих присоединиться к юрисдикции РПЦЗ, принимать только полным крещением" (выделено нами – архиеп. П.).
В подтверждение этого, пастыри Канадской епархии ссылаются на постановления Собора и Синода РПЦЗ и решения предыдущих пастырских совещаний.
Словом "резолюция" и ссылкой на "постановления" РПЦЗ о крещении пастыри западной части Канадской епархии показывают, что ими самими и Соборами РПЦЗ составлены новые, неизвестные ранее Вселенской Церкви, установления о крещении.
Ни РПЦЗ, ни иная поместная православная Церковь не имеют власти заменять своими постановлениями раз и навсегда переданные Апостолами заповеди о крещении. А эти заповеди не требуют перекрещивания всех еретиков, а только тех из них, которые не крестят во имя Троицы тремя погружениями. Чтобы убедиться в этом, достаточно прочитать постановления Вселенских Соборов по этому вопросу.
Вселенские Соборы, следуя Апостольскому учению, многократно указывали: каких еретиков следует перекрещивать, а каких, как не чуждых Церкви, принимать через миропомазание, или через покаяние и причащение. Согласно с этим, в Русской Церкви не перекрещивали христиан западных исповеданий (Рассуждение о неперекрещивании западных является полной ложью, измышленной Р. Вершилло, — архиеп. П.).
Книга "Новый Маргарит", о котором мы говорили выше, сейчас распространяется в России. Издатели этого сборника корчемствуют истиной, примешивая к святоотеческим писаниям современные творения, содержащие неправославное учение о крещении.
Мы имеем ввиду Приложение 6-е, которое содержит статью "О таинстве крещения". В предисловии к этой статье говорится, что она представляет собой сжатое изложение писаний Святых отцов и святых канонов Церкви. А из примечания в конце книги видно, что эта статья является переводом с английского языка брошюры прот. Георгия Металлиноса "I Confess One Baptism", а иные якобы святоотеческие писания взяты из двух греческих журналов 1990 года выпуска (Здесь следует отметить, что если Р. Вершилло имел в виду упомянутый труд Г. Металлиноса, говоря о сочинениях, содержащих "неправославные учения", то он явно ошибается, поскольку труд Г. Металлиноса не содержит ничего неправославного. Он лишь отвергает латинское крещение обливанием, что неприемлемо для Р. Вершилло. — архиеп. П.). Чтобы увидеть, какого рода учение предлагает "Новый Маргарит", - продолжает Р. Вершилло, - достаточно заглянуть на с. 351: "священник, кроме смертной нужды совершающий обливательное крещение, "естественно не совершает крещения, но действует нечестиво и оставляет человека некрещенным!" (Роман Вершилло. О перекрещивании. http://deistvo.chat.ru/perekrest1.htm#1) (Дата обращения: 29.05.2026).
Далее Р. Вершилло предлагает нам то учение, которое проповедует Э. Челидзе в своем 476-страничном антидревлеправославном труде "Душа-живая"(мы имеем в виду, что из упомянутого 584-страничного труда Э. Челидзе 476 страниц посвящены противодействию древлеправославию). Вопросы, которые Р. Вершилло рассматривает для обоснования своей теории, нами уже детально разобраны выше, и здесь мы на них более останавливаться не будем; лишь кратко перечислим список главнейших "обличений"и также ограничимся краткими комментариями.
Р. Вершилло утверждает, что Вселенская Церковь во все века допускала крещение обливанием, и авторы (имеются в виду составители "Нового жемчуга"из РПЦЗ) вынуждены замалчивать тот факт, что под влиянием народного волнения и правительства Турции (?), Патриарх и Синод приняли беспрецедентное до того решение: перекрестить крещенных обливанием.
По словам Р. Вершилло, авторы "Нового жемчуга"нарушают постановление Константинопольского Собора 1484 года, предписывавшее принимать латинян (которые крестятся троекратным обливанием) не через перекрещивание, а через миропомазание. По утверждению Р. Вершилло, Собор 1484 года не утвердил ничего нового, а лишь подтвердил позиции свт. Фотия Константинопольского (патриаршествовал в 858–867 и 877–886 гг.), патриарха Феодора Вальсамона и свт. Марка Эфесского.
Как мы выяснили на основе исследований русских ученых и постановлений самих поместных соборов Запада, у латинян (то есть так называемых "католиков") крещение обливанием окончательно утвердилось в XVII веке; именно в этом веке обливание окончательно вытеснило крещение погружением на латинском Западе. Крещение обливанием и окроплением, как возведенная в ранг церковного таинства практика, проявляется на Западе преимущественно начиная с XIII века, поэтому решение Вальсамона (Вальсамон жил в XII веке) принимать еретиков-латинян через миропомазание является естественным и логичным. В его время латиняне даже не крестили обливанием или окроплением. А упоминание святого патриарха Фотия, подвизавшегося в IX веке († 896 г.), в качестве довода в пользу признания латинского крещения обливанием, является совершенно нелепым.
В подтверждение своей теории Р. Вершилло приводит также святого Марка Эфесского, который установил принимать латинян через миропомазание. Об этом мы уже рассуждали выше и здесь останавливаться не будем. Скажем лишь одно: у латинян повсеместно крещение обливанием не утвердилось и в этом веке, дабы можно было говорить о принятии их через перекрещивание.
Из слов же святого Марка мы должны сделать тот вывод, что в то время у латинян в большинстве своем все же крестили погружением, поскольку святой Марк в своем обличительном окружном послании к православным униатам отмечает те расхождения, в которых пребывают последние, так как они во множестве вопросов отличаются от латинян, в том числе и в вопросе крещения. Святой Марк с обличением и иронией отмечает, что униаты даже в вопросе крещения не имеют единства с латинянами, ибо те (латиняне) крестят обливанием, эти же (православные униаты) — погружением.
Это один из нюансов в перечне различий, существующих между православными и латинянами. Если бы крещение обливанием было приемлемым и вполне каноничным для святого Марка, то как оно могло бы оказаться в перечне порицаемых практик?! Разве из этого не очевидно, что святой Марк не признавал крещения обливанием и отмечал, что даже сами униаты утвердили в своей практике исключительно погружательный чин крещения? Сделать какой-либо иной вывод из слов святого Марка просто невозможно.
Р. Вершилло, подобно Э. Челидзе (или, вернее, Э. Челидзе подобно Р. Вершилло), критикует утверждение о том, что слово "баптисма"означает погружение (так сказано и в "Новом жемчуге"). Р. Вершилло утверждает, что, мол, согласно указаниям словарей, "баптисмос" может означать и "омовение" (между тем, само "омовение"в православных литургических и богословских текстах понимается именно в значении погружения, и этого не отрицает в своих трудах даже сам Э. Челидзе).
Р. Вершилло пишет: "Вообще, слово "баптисмос" имеет три значения: 1) "погружение"; 2) "омовение" и 3) "крещение как христианское таинство"". Поэтому христианам следовало осмысливать слово "баптисмос"с христианской точки зрения. Вот как эта мысль читается на русском языке: "Но, согласно словарным указаниям, "баптисмос"может означать и "омовение". Вообще говоря, у слова "баптисмос"есть три значения: 1) погружение, 2) омовение, 3) крещение, как христианское таинство. Поэтому христианам следовало бы понимать слово "баптисом"в христианском смысле".
Но разве "погружение"и "омовение"не являются терминами христианского значения? Разве сам Р. Вершилло не признает эти два термина в качестве значений слова "баптисмос"? Здесь, видимо, господин Вершилло путается явно.
Согласно логике Р. Вершилло, из трех значений термина "баптисмос", перечисленных им самим, христианским было лишь третье. Значения же первых двух — нехристианские... Об этом свидетельствует его фраза: "Поэтому христианам следовало осмысливать слово "баптисмос" с христианской точки зрения".
Разумеется, мы не возьмем на себя защиту труда РПЦЗ "Новый жемчуг", это не древлеправославный сборник, но поскольку наш оппонент, "ученый"Э. Челидзе, использует упомянутую статью Р. Вершилло в качестве обличения "староверов", мы вынуждены дать подобающий ответ и одному, и другому, ибо оба в равной мере лгут в вопросе о Крещении; что означает термин "баптисма", мы подробно рассмотрели выше; равно как рассмотрели и типичные примеры, на которые ссылается Р. Вершилло и на которые часто опираются защитники крещения обливанием и кроплением (напр.: ответ свт. Киприана Карфагенского Магнусу и др.), но самое интересное то, что Р. Вершилло в упомянутой статье полемизирует с мыслью, вскользь высказанной Э. Челидзе, якобы ариане крестили окроплением. Именно так Э. Челидзе истолковывает одно из изречений свт. Афанасия Александрийского.
"Немаловажно и то, — пишет Э. Челидзе в сноске на 144-й странице своего первого "антистароверческого" труда, — что ариане и другие подобные им еретики, относящиеся ко второму "чину" (в классификации еретиков) и которые (по словам древлеправославных) "следуют апостольскому каноническому крещению", обычно крестили "окроплением". Об этом совершенно ясно возвещает нам современник Ария, святейший отец Афанасий Александрийский, которым крещеный арианами и другими подобными еретиками человек назван так: "окропленный ими" (свт. Афанасий Александрийский. Слово второе против ариан. PG 25, col. 237 B. цит. по: Э. Челидзе. "Церковь — Тело Господне". Тбилиси, 1990 г., стр. 144, схолий).
Изречение Афанасия понимается совершенно в ином смысле как представителями РПЦЗ, так и Романом Вершилло. При обличении составителей "Нового жемчуга" Р. Вершилло разбирает их интерпретацию этого изречения свт. Афанасия Великого. В частности, Р. Вершилло пишет:
"На с. 356 (имеется в виду издание РПЦЗ "Новый жемчуг"— архиеп. П.) даются две цитаты из творений свт. Афанасия Великого. Первая из этих цитат гласит: "Священное Писание требует, чтобы те, кто верует во Христа, были не облиты в крещении, а погружены". Эти слова сочинены самими авторами статьи, а отнюдь не находятся в сочинениях свт. Афанасия. Для этих слов указан фиктивный адрес: "Письмо о Соборах PG 26:689АВ". В этом месте ничего не говорится о крещении.
Вторая цитата: "тот, кто окроплен или облит, оскверняется нечестием вместо того, чтобы быть обновленным во Христе". Это, действительно, искаженные слова свт. Афанасия из Второго слова на ариан. Но искажены не только слова, но и смысл. У свт. Афанасия говорится об арианах, а они крестили тремя погружениями.
Св. отец говорит: "Ариане преподают крещение не во Отца и Сына, но в Творца и тварь, в Создателя и в произведение. Как иное есть тварь и иное Сын, так и крещение, мнимо ими преподаваемое, есть иное и не истинное, хотя наружно произносят они, по написанному, имя Отца и Сына. Не тот преподает [крещение], кто говорит только: Господи!, но кто с этим именем соединяет правую веру. Посему и Спаситель не просто заповедал крестить, но говорит прежде "научите", а потом уже крестите во имя Отца и Сына и Святаго Духа (Мф. 28:19), чтобы от учения произошла правая вера, а с верою соединялось тайноводство крещения".
"И другие многие ереси, произнося только Имена, но мудрствуя неправо, а потому, как сказано, не имея здравой веры, бесполезной делают преподаваемую ими воду, как скудную благочестием, почему окропляемый (rantidzomenon) ими более сквернится нечестием, нежели омывается. Так и язычники, хотя произносят устами Божие имя, но обвиняются в безбожии, потому что не знают подлинно сущаго и истинного Бога, Отца Господа нашего Иисуса Христа" (св. Афанасий Великий. На ариан Слово второе//Творения: В 4-х т. Троице-Сергиева Лавра, 1902. Т. 2. Гл. 42-43. С. 317-318).
"Итак, - заключает Р. Вершилло, - у свт. Афанасия говорится не о недостатках образа крещения: обливания, или окропления, а о недостатке веры у ариан и других еретиков. Поэтому Св. отец говорит о воде, скудной благочестием, а не о благочестии, скудном водой. Слово же "окропление" (rantismos) он использует не для того, чтобы обозначить способ крещения у ариан, которые, как мы сказали, крестили тремя погружениями. Называя арианское погружательное "крещение" - "окроплением", свт. Афанасий сравнивает его с бесплодными иудейскими омовениями, которые, хотя повторялись многократно, не могли сделать в совести совершенными омывающихся (Евр. 9:9-10)" (Роман Вершилло. О перекрещивании. http://deistvo.chat.ru/perekrest1.htm) (Дата обращения: 29.05.2026).
Именно такое толкование даёт Р. Вершилло, который сам является апологетом крещения обливанием и окроплением.
Таким образом, "обличение"Р. Вершилло, во-первых, направлено (где-то несправедливо, а где-то, возможно, и справедливо) против иерархов Русской Православной Церкви Заграницей (РПЦЗ), а не староверов; а во-вторых, что весьма курьезно, — оно разоблачает саму фальсификацию, допущенную Э. Челидзе в отношении изречения свт. Афанасия Великого.
Более того, защищая крещение обливанием и окроплением и высмеивая его противников, Р. Вершилло невольно разоблачает и самого себя, поскольку в самом начале сам же и указывает: "Ни РПЦЗ, ни иная поместная православная Церковь не имеют власти заменять своими постановлениями раз и навсегда переданные Апостолами заповеди о крещении. А эти заповеди не требуют перекрещивания всех еретиков, а только тех из них, которые не крестят во имя Троицы тремя погружениями. Чтобы убедиться в этом, достаточно прочитать постановления Вселенских Соборов по этому вопросу" (http://deistvo.chat.ru/perekrest1.htm) (дата обращения: 29.05.2026).
Ко всему вышесказанному добавим еще и то обстоятельство, что выписанная фраза об "окроплении"из второго Слова против ариан относится не к арианам, а к "другим еретикам"(святой отец не конкретизирует, каким именно). И в данном случае мы также имеем дело с очередным трюком Э. Челидзе. В частности, в том самом сочинении, откуда Э. Челидзе, как и Р. Вершилло, приводит свое "доказательство" (хотя, как мы видели выше, толкование Р. Вершилло полностью исключает версию Э. Челидзе), свт. Афанасий в конкретном месте рассуждает не об арианах, а о "многих других ересях"(см.: Свт. Афанасий Великий. Творения: В 4 т. Т. 2. М., 1994. § 43, стр. 317).
Сначала святой отец изрекает: "И другие многие ереси, произнося только Имена, но мудрствуя неправо, а потому, как сказано, не имея здравой веры, бесполезною делают преподаваемую ими воду как скудную благочестием, почему окропляемый ими более сквернится нечестием, нежели омывается") (იქვე. გვ. 318).
Затем святой отец рассуждает о язычниках и говорит: "Так и язычники, хотя произносят устами Божие имя, но обвиняются в безбожии, потому что не знают подлинно сущего и истинного Бога, Отца Господа нашего Иисуса Христа. Так манихеи, фриги и ученики Самосатского, хотя произносят Имена, но, тем не менее, суть еретики") (там же), и, наконец, святой отец уже толкует и об арианах, о которых начинает говорить так:
"Так, наконец, и мудрствующие по – ариеву, хотя читают написанное и произносят Имена, но вводят в обман приемлющих от них крещение, потому что сами нечестивее прочих еретиков и постепенно преуспевают перед ними в нечестии..." (там же).
Вот какими "источниками" и методами Э. Челидзе "разоблачает" "ужасающие старообрядческие "источниковедческие" фальсификации". На деле же выходит так, что изобличенным в "ужасающих фальсификациях"оказывается он сам, причем не только за счет "переадресации"упомянутой статьи Р. Вершилло в адрес древлеправославных, но и в целом своим трудом, который переполнен лженаучными рассуждениями и фальсификациями.
Таким образом, то, в чем Р. Вершилло полемизирует с авторами "Нового жемчуга", не может быть предметом нашего рассмотрения; если здесь и идет речь о каких-либо ошибках и неточностях, пусть за них отвечают составители "Нового жемчуга", а не древлеправославные. И это, прежде всего, надлежит твердо усвоить Э. Челидзе, который так и не сумел отличить РПЦЗ от "староверов".
17. Теперь же вновь вернемся к рассмотрению редких и исключительных случаев.
2. Категории исключительных случаев
Выше мы уже отмечали, что существуют самые различные категории исключительных случаев. Из них мы в основном выделяем две: 1) допускаемые Богом; и 2) разрешаемые Церковью.
Исключения первой категории совершаются по Божественному вдохновению или Его непостижимому Промыслу.
К таким исключениям относятся, например, крещение песком некоего умирающего в пустыне иудея, крещение на сцене путем лицедейства, как были крещены свв. Генезий, Геласий, Порфирий и другие (о них см. ниже); рукоположения св. Амфилохия Иконийского или св. Григория Чудотворца... Существует много других самых разных и отличающихся друг от друга случаев, которые Э. Челидзе использует для оправдания крещения обливанием, а точнее, для обоснования его каноничности и возведения его в ранг церковного таинства.
Если мы возьмем, к примеру, крещение песком некоего умирающего в пустыне иудея, то увидим, в чем именно заключалась здесь исключительность. Оказавшись в безвыходном положении, христиане, у которых не было воды, не знали, как исполнить просьбу умирающего иудея и крестить его перед смертью. Тогда один из них, «яко свыше вдохновленный», воскликнул: «Поднимите его и разденьте!» С великим трудом подняли больного и сняли с него одежды. После этого один из них взял пригоршню песка и трижды провел ею над головой иудея со словами: «Крещается раб Божий Феодор во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа», а мы при произнесении имени каждого Лица Пресвятой Троицы отвечали: «Аминь». И совершилось чудо: «Исус Христос, живый Сын Божий, исцелил и укрепил отчаявшегося...»
Прибыв в город Аскалон, они рассказали обо всем, что произошло с ними в пустыне, епископу города, блаженному Дионисию, который "был изумлен столь дивным знамением" (Жемчуг духовный. Вып. Первый. Новозыбков. 1992 г, стр. 228 // URL:https://azbyka.ru/otechnik/Mark_Lozinskij/otechnik-propovednika/186. Дата обращения: 6.07.2026).
Этот случай, который мы подробно разобрали выше и который, между прочим, был совершен по внушению свыше, служит ясным подтверждением именно погружательного, а не окропительного крещения. Если не ради имитации погружения, то зачем понадобилось с великим трудом поднимать на ноги умирающего человека и обнажать его, дабы их действие уподобилось истинному образу Крещения, обнаженному погружению?!
Этот случай, который мы подробно разобрали выше и который, между прочим, был совершен по внушению свыше, служит ясным подтверждением именно погружательного, а не окропительного крещения. Если не ради имитации погружения, то зачем понадобилось с великим трудом поднимать на ноги умирающего человека и обнажать его, дабы их действие уподобилось истинному образу Крещения, обнаженному погружению?!
Прежде чем перейти к рассмотрению сути подобных исключительных случаев, обратимся и к другим примерам:
"Сего же года Диоклитиан прибыл в Рим торжествовать двадцатилетие своего царствования; во время празднеств, множество христиан погибло на зрелищах от меча и зверей. В числе пострадавших был и мученик Генез, комедиант.
Играя в театре пред императорами и всем народом, он показал вид, что болен, и вскричал: "ах, друзья! мне тяжело; желал бы облегчения".
Другие ответили: "Как бы нам помочь тебе? Не построгать ли тебя, чтоб сделать более легким?"
"Несмысленные", сказал Генез, "я хочу умереть христианином".
"Для чего?" спросили.
"Для того, чтоб в этот великий день Бог принял меня, как беглеца".
После того позвал к себе священника и заклинателя, то есть – комедиантов, которые их представляли.
Приблизившись к его ложу, священник сказал: "чадо, для чего ты позвал нас?"
Тогда Генез, как бы по вдохновению свыше, сказал с твердостию: "хочу принять благодать Иисуса Христа и возродиться, чтоб получить отпущение в грехах".
Они совершили над ним обряд Крещения; и когда он был облечен в белые одежды, солдаты (комедианты) схватили его и представили императору для допроса, как исповедника.
Тогда он, не ожидая вопросов, воскликнул: "внимайте, император и вес двор, мудрые и жители сего города! Всякий раз, как только называли мне христианина (имеется в виду исполнение роли христианина — архиеп. П.), я чувствовал отвращение и оскорблял твердых в исповедании той веры. Я отрекся самых родителей и родства потому только, что они были христиане; презирал я эту веру до того, что для вашего удовольствия копировал их таинства. Но когда вода коснулась меня обнаженного, и на вопрос, веруешь ли, я дал ответ, что верую, я увидел руку, сходящую с небес, и светоносных ангелов предо мною, читающих в книге все грехи, от юности мною сделанные; они омыли затем книгу в воде крещения и показали мне ее чистою и белою, как снег. Посему и вы, император и народ, смеявшиеся над таинством, веруйте со мною, что Иисус Христос есть истинный Господь, свет и истина, что он есть Тот, чрез Которого и вы можете получить избавление. Диоклитиан, раздраженный, велел жестоко бить его палками и поручил префекту принудить его к отречению. Генез, вытерпевши самые страшные муки, не отрекся и был обезглавлен 25 авг. сего года. В греческих месяцесловах он (под 27 февр.) именуется Геласием" (Летопись церковных событий; вып. Первый, от рождества Христова до 555 года. Изд. Спб. 1869 г. Лето от рожд. Христова 304. Стр. 89. В. Т. Зеленков. Выписки из святоотеческих и других книг, служащия к изучению различных сторон церковной жизни, часть 1, первая половина; изд. Торое. Москва 1913 г., стр. 199).
Таким образом был крещен и принял мученическую кончину Генезий. Подобным же образом был крещен и святой Порфирий, который также глумился над таинством крещения.
В день рождения императора Иулиана Отступника, Порфирию было поручено гнушаться христианами и глумиться над ними, но, когда он вошел в воду и приготовился к погружению, воскликнул: «Крещается раб Божий Порфирий во имя Отца и Сына и Святаго Духа!» За что и пострадал: ему отсекли голову (Четья минея Макарьевская. Месяца сентября 15 день. В. Т. Зеленков. выписки из святоотеческих и других книг, служащих к изучению различных сторон церковной жизни. Часть I, первая половина. Москва 1913, стр. 200).
Исключительные случаи, как мы видели на примере крещенного песком иудея, совершаются в той или иной форме по особому вдохновению Свыше. К подобным случаям можно отнести и рукоположение святого Григория Чудотворца: епископ Федим, одаренный даром созерцания и Богом вдохновленный, не смог рукоположить святого Григория во епископа (поскольку святой Григорий всячески уклонялся от этого и не желал принимать епископский сан). Вот как повествуется об этом интересном случае в житии святого Григория:
"В сие время управлял Амасийскою Церковию Федим, имевший от Святаго Духа силу предвидения. Он прилагал все меры к тому, чтобы сделать великого Григория Епископом, дабы сей редкий человек не провел жизнь праздно и без пользы. Узнав о намерении Епископа, Святой Григорий, со своей стороны, всемерно старался скрыться, и для того переходил из одной пустыни в другую. Мудрый Федим испытывал все средства, употреблял всю деятельность и все благоразумие, однако ж не мог сделать Григория Епископом; ибо сей смотрел тысячью глаз, остерегаясь, чтобы не попасться в руки его.
Оба они равное прилагали усилие — один старался поймать, другой уйти от ловящего. Первый не сомневался, что приносимая им жертва будет приятна Богу; другой страшился, чтобы трудная обязанность Священства, возложенная на него подобно бремени, не воспрепятствовала ему продолжать монашескую жизнь.
Наконец, Федим, вдохновенный некоторою Божественною ревностию к исполнению намерения, несмотря на расстояние места, отделявшее его от Григория (он был от него в трех днях пути), и воззрев к Богу, сказал, что в сей час Бог равно видит их обоих, и вместо руки возложил на Григория слово.
Таким образом посвятив его Богу, хотя он и отсутствовал телесно, назначает в его управление город, который в то время столько предан был идолопоклонству, что между безчисленными жителями его и его окрестностей находилось не более семнадцати душ, принявших слово истины. Тогда Святой Григорий принужден был принять на себя иго. Когда после сего совершены были над ним все законные обряды, он испросил у посвятившего его Епископа немного времени для точнейшего уразумения таинства Веры" (Изложение веры святого отца нашего Григория Чудотворца, Епископа Неокесарийского, по данному ему откровению. Православное исповедание Кафолической и Апостольской Церкви Восточной. URL: https://lib.pravmir.ru/library/readbook/3803#part_59647. Дата обращения 7.07.2026).
В первой и второй категориях исключительных случаев встречаются и такие, которые были дарованы нам для явления святости того или иного подвижника (например, случай крещения ребёнка святым Афанасием Великим в детстве - морским песком (по мнению Э. Челидзе — обливанием морской водой). Известны святые, крещенные Ангелом и причащенные Ангелом.
Другую категорию составляют исключения, допускаемые Церковью в особых случаях, которые касаются не обрядовой или совершительной стороны таинства, а его правового аспекта.
В таких случаях сама форма совершения таинства, внешний его образ не нарушается. Так, например, согласно первому Апостольскому правилу, «епископ да будет рукополагаем двумя или тремя епископами» (см. «Большой Номоканон». Тб. 1975 г. стр. 216). Однако в безвыходном положении, когда в Церкви нет двух епископов, допускается, чтобы рукоположение избранника совершил и один епископ. То есть здесь речь не о самой форме совершения таинства, а о количестве сослужащих в таинстве архиереев (епископов).
Согласно канонам, кроме священника или епископа никто не имеет права принимать исповедь и отпускать грехи, однако в исключительном случае, когда поблизости нет священника, право принимать исповедь дается и богобоязненным монахам, но с тем условием, чтобы они лишь выслушали исповедь, которую затем должны передать священнику, а сами не разрешили и не связали кающегося (то есть не наложили епитимью) (св. Симеон Фессалоникийский. Спб. 1857 г. Ч. 2, стр. 162).
Также, в безвыходных и исключительных случаях, при отсутствии священника, допускается самопричащение. Множество примеров подтверждают подобные случаи. Преподобный Никон Черногорец (Νίκωνος τοῦ Μαυρορείτου) (XI в.) свидетельствует, что монахи хранили святую Евхаристию и время от времени сами причащались, а в Александрии и Египте даже миряне хранили ранее освященный священником святой Дар и в случае необходимости причащались (Преп. Никона Черныя горы, слово 53, л. 450 об. цит. В. Т. Зеленков, указанное сочинение, с. 47).
Святитель Василий Великий пишет, что «вовсе не опасно, если кто во время гонений, за отсутствием священника или служащего, бывает в необходимости принимать причастие собственною своею рукою... в Александрии и Египте каждый крещенный мирянин по большей части имеет причастие у себя в доме и сам собою причащается» (цит. В. Т. Зеленков, указанное сочинение. Кн. I, Ч. I, стр. 47).
Церковью допускается также в безвыходном положении троекратное погружение крещаемого в воду мирянином (крещение) и многое другое, но, как мы уже сказали, все эти случаи Церковь допускает как исключения правового характера.
Злоупотребление этим правом, без крайней необходимости и с пренебрежением каноническими условиями, не только кощунственно, но и упраздняет само таинство, гибельно для его совершителей и проявляется как беззаконие.
Именно вследствие возведения исключительных случаев в ранг закона, так называемые «беспоповцы» (20) не нуждаются ни в священниках для спасения души, ни в совершении каких-либо таинств священником; всё, опираясь на различные исключения, они совершают сами. Поэтому преподобный Никон Черногорец и утверждает, что такого рода исключения, когда исповедуются перед иконой или совершают покаяние перед Богом по примеру Давида, не могут стать законом для Церкви. Неправильное понимание таких случаев и внедрение их в общую церковную практику влечет за собой тяжелейшие последствия (Никона черн. горы, Тактикон, сл. 28, л. 156 об.) (21).
-----------
20. Течение, возникшее в России после церковного раскола XVII века, представители которого не признают рукоположения еретиков и схизматиков, а потому не признают и перешедшее к ним от еретиков духовенство. Вследствие этого они остались без священников. Отсюда и название «беспоповцы», то есть «лишенные священников».
20. Течение, возникшее в России после церковного раскола XVII века, представители которого не признают рукоположения еретиков и схизматиков, а потому не признают и перешедшее к ним от еретиков духовенство. Вследствие этого они остались без священников. Отсюда и название «беспоповцы», то есть «лишенные священников».
21. "... О покаянии и исповедании, яко не подобает яже по нужды бывающая, или по смотрению некоему временну исповедания и прощения грехов всегда та во свидетельство приностити". Никона черн. горы сл. 52. "Показания" (того, что не принято в закон), л. 417, об. В. Т. Зеленков. выписки из святоотеческих и других книг, служащих к изучению различных сторон церковной жизни. Часть I, первая половина. Москва 1913, стр. 163.
-----------
Итак, вынужденное исключение, допущенное в силу какого-либо особого случая или Божественного Промысла, не следует принимать как общий, то есть повсеместно приемлемый закон (В. Т. Зеленков, указанное сочинение, книга I, часть первая, с. 163), ибо такое допущение может упразднить таинство.
Вот, например: "... Тако случай бывает, в нем же вожделение евхаристии вменяется, вместо самыя снеди евхаристическия, сиречь, егда умирающь, и сея божественныя пищи тепле желающь, кроме всякия своея вины, не имать причащающаго таин Божиих служителя: Тогда Христс тайноположник, и намерения благая венчающь, идеже нужда без вины оскудение творит, щедротами своими оскудевающая наполняет, и пользы от евхаристии бываемыя, таковому дарует".
И о сицевом мощно рещи: яко тело Христово ясть без евхаристии, единем теплым желанием, верою и любовию.
Для таких случаев один учитель сказал: «что готовищи зубы и чрево: веруй, и ял еси».
Этими словами укрепляют умирающего (который, по не зависящим от него причинам, не имеет возможности причаститься), дабы он не впал в отчаяние, но паче исполнился большей надежды на неизреченные милости Божии и был уверен, что подобное сильнейшее желание вменится ему в причастие. Так что, воистину, «не готовь зубы и чрево для причастия, но веруй, и причастишься».
Но всё это совершается в особых случаях, во время нужды, и для повседневной жизни не имеет силы закона. Происшедшее же по случаю или в нужде не только не является законом, но, напротив, может даже упразднить закон.
«Вместе с тем, необходимо знать, что причащающийся лишь мысленно, в действительности не причащается Телу и Крови Христовым, однако ему даруется духовный плод, исходящий от Св. Евхаристии, и его нельзя сравнивать с тем, кто с величайшим страхом Божиим и длительной подготовкой принимает Честнейшие Тело и Кровь Христовы. Разве возможно, чтобы обладатель одного лишь плода сравнялся с хозяином и дерева, и плода? Или чтобы получивший малейшую часть из этой сокровищницы сравнялся с владельцем богатейшего сокровища?» (Камень веры. М. 1730 г. Ч. 11, гл. 1, стр. 409. По синод. Изд. 1843, стр. 142. Цит. В. Т. Зеленков. დასახ. ნაშრ. Кн. I, Ч. I, стр. 44) (Здесь речь направлена против тех еретиков, которые, опираясь на слова святого отца "веруй и причастишься", считали достаточной одну лишь веру для принятия Честнейших Тела и Крови Христовой — архиеп. П.).
Взглянем на вопрос и с другой стороны. Из истории Церкви известен один весьма интересный пример крещения усопшего, которое совершил священномученик Василий Херсонесский (III в.) (память 7/20 марта).
В то время, когда священномученик Василий скрывался в пещере Парфенона (Парфенон), и "«усердно молясь за них Богу, чтобы сии мужи не сделались радованием бесам, но, чтобы Его благоволением и промыслом возвратились к познанию истины и приняли спасительное слово, будучи запечатлены Его крещением». В это время скончался сын одного из первых людей города – протевона. Отрок явился во сне своим скорбящим родителям и просил обратиться с молитвой к единому Богу, а не к языческим богам, которые суть «камни и древеса немые и бесчувственные». После этого видения родственники умершего отыскали епископа Василия, который, как они знали проповедует неведомого единого Бога и просили его за своего сына, обещая уверовать и креститься, если произойдет чудо.
Тогда св. Василий с двумя священнослужителями отправился к склепу, где был погребен мальчик, и вылил на него освященную воду, призвав Святую Троицу. Ребенок воскрес, а его уверовавшие родители, принадлежавшие к городской аристократии, приняли таинство Крещения" (Священномученик Василий, епископ Херсонеса Таврического. http://www.graal.org.ua/2009-06-04-15-08-45/2012-03-18-09-25-51/108-vsilieos) (Дата обращения: 21.07.2026).
Всем хорошо известно, что крещение усопшего недопустимо. Кроме того, здесь просматривается и нравственный момент. Справедливо говорит один священнослужитель, что крещение усопшего — это насилие над совестью и волей человека, и признание такого человека крещёным неприемлемо даже исходя из одного этого момента, ибо «Признать такого человека крещеным я бы не решился. Если бы мы признали его крещеным, то это значит, что мы признаем какую-то православную магию. Это значит, что мы не понимаем, что такое православное таинство" (Воробьев Владимир, протоиерей. Покаяние, исповедь, духовное руководство // Весна покаяния: Беседы перед исповедью. М., 2006. С. 112–113. Священномученик иларион (троицкий). О свойствах церкви и ее границах. Часть 2. http://www.pravoslavie.ru/33288.html#_ftnref25) (дата обращения: 21.07.2026).
Церковь, по закону, запрещает крещение усопших. 25-е и 26-е правила Карфагенского собора постановляют: "Угодно было: при рукоположении епископа или клирика пусть рукополагающие их сначала дают им выслушать постановления Соборов. ... чтобы телам умерших Евхаристию не преподавали. Ибо написано: Приимите, ядите (Мф.26:26), а тела мертвых не могут ни принять, ни съесть. Угодно было и то, чтобы невежество пресвитеров не совершало крещения уже умерших" (Карфагенский Собор (393-419 гг.) Правила 25, 26. https://azbyka.ru/pravo/karfagenskij-sobor-393-419-gg/).
Авторитетные толкователи церковного права, Патриарх Антиохийский Вальсамон и Иоанн Зонара, в толковании этого правила отмечают:
"А под определениями должно разуметь или определения веры, постановленные святыми Апостолами и отцами, или правила, а лучше и то и другое. И мертвым телам не преподавать евхаристию, то есть святые дары; ибо это делалось, что и запрещено 83-м правилом Трулльского собора. Не должны быть и крестимы скончавшиеся. Ибо и это было, потому что некоторые крестили самих мертвецов, а некоторые и других за мертвецов, и делавшие это указывали на слова послания великого Павла к Коринфянам, в которых говорится: понеже что сотворят крестящиися мертвых ради; аще отнюдь мертвии не востают, что и крещаются мертвых ради (1Kop.15:29). Но ссылавшиеся на это и крестившие мертвецов неправильно понимали смысл Апостольских слов; ибо Апостол говорит не о крещении умерших или других за них; но поскольку крещаемые, изучая силу нашего таинства, вместе с прочим научаются и чаянию воскресения мертвых, и тому, что погружение в купель означает смерть, а чрез восхождение (из купели – архиеп. П) с другой стороны указывается на воскресение, то Апостол говорит сомневающимся относительно воскресения, что если воскресения нет, то что сделают крещаемые в надежде на воскресение мертвых? И зачем крестятся, как ожидающие оживотворения мертвых? Следовательно, принимают напрасный труд крещаемые, если имеют сомнение о воскресении, так как крещением и погружением в воду купели и восхождением из нее они возвещают смерть и воскресение, а своими словами показывают неверие оному. У Апостола сказано это в таком смысле, а не разумевшие силы сих слов или крестили мертвых, или других за мертвых, чего правило определяет не делать" (Правила Поместных соборов с толкованиями. Правила Святаго Поместнаго Собора Карфагенскаго. Москва. 1880, стр. 435 // Правила Поместных соборов Карфагенский Собор (393-419 гг.). Правило 24. URL: https://azbyka.ru/pravo/karfagenskij-sobor-24/
То же приводится в «Синтагме» известного канониста Матфея Властаря: "18-е (26-е) правило того же собора повелевает – скончавшихся уже ни крестить, ни подавать им Божественных Таин; ибо некоторые, не разумевая силы Апостольских слов в первом послании к Коринфянам: что сотворят крестящийся мертвых ради: аще отнюдь мертвии не востают, что крещаются и мертвых ради (гл. 15, ст. 29), – крестили одни своих мертвых, а другие – ради мертвых – иных живых; – но правило возбраняет быть сему, ибо Апостол не повелевает крестить ни скончавшихся уже, ни других вместо них; но поскольку крещающиеся, познавая силу нашего таинства, вместе с прочим, научаются чаять и воскресения мертвых, – т.е. тел, и (веровать) что погружение в купели и восхождение от нее означают смерть и воскресение, то к сомневающимся относительно сего и говорит Апостол, что если воскресения нет, то что сотворят крещающиеся в надежде на то, что мертвые воскреснут, – для чего тщетно трудятся, если сомневаются относительно воскресения? ибо тем, что делают, они исповедуют, что ожидают воскресение, а тем, что говорят теперь, они отвергают его, ибо крещаются ради мертвых по естеству тел, веруя, что и они преобразятся в нетление, – так как душа по естеству бессмертна и безконечна, а тела подлежат тлению и изменению; – посему то, что исповедует кто-либо словами и во что верует, – то самым делом показывает священник, изображая в воде истину" (то есть погружает крещаемого трижды — архиеп. П.) (Весь этот трактат взят из 40-й беседы Св. Иоанна Златоуста на 1 посл. к Коринф. См. цитированные выше места и далее) (Алфавитная Синтагма Матфей Властаря. Москва 1996 г., стр. 94).
Кстати, следует обратить внимание и на одно весьма важное обстоятельство. Такие авторитетные толкователи церковного права, как Зонара (XII в.) и Вальсамон (XII в.), а также Матфей Властарь (XIV в.), ничего не говорят о «крещении» обливанием или окроплением и при толковании приведенных выше слов святого апостола Павла отмечают, что крещение совершается погружением в воду и изведением из нее, что является «образом смерти и воскресения».
Усиливает это толкование и тот факт, что данное учение заимствовано ими из толкования святого Иоанна Златоуста на Первое послание апостола Павла к коринфянам. Таким образом, в данном месте мы имеем учение не только трех толкователей церковного права, но и величайшего святого отца о таинстве Крещения и, в частности, о погружении в воду купели.
Возникает вопрос: если обливание-окропление было таким же известным и каноническим чином в Церкви, как и погружение, почему ни один из них не упомянул ни словом, что «погружение в купель или обливание» знаменует смерть и воскресение? Или почему святые отцы не истолковали, что и как указывает при крещении обливанием на «воскресение из гроба»? Ведь очевидно, что образ погружения в воду и изведения из водной глубины предельно ясно указывает именно на образ погребения умершего и его воскресения, но как указывает на это обливание водой (здесь символически ещё можно помыслить «погребение», но никак не «воскресение») — и окропление, которое внешне вообще не указывает ни на погребение, ни на воскресение.
Окропление может быть лишь символом окропления благодатью, но никак не погребения и воскресения, которые и должно являть таинство Крещения; или почему нигде ни один святой отец не учил нас, что «погружение» следует понимать в символическом, а не в прямом смысле? Разве не очевидно, что и святой Иоанн Златоуст, и упомянутые толкователи церковного права подразумевают под таинством Крещения исключительно троекратное погружение, а не обливание-окропление? Более того, они разъясняют нам, что этому учил сам апостол Павел, поскольку их конкретное учение представляет собой именно толкование слов апостола.
Итак, на каком основании святой отец окрестил усопшего? Как дерзнул он на такое кощунство и дело, отвергаемое Церковью? Неужели можно подумать, что этот святой отец принадлежал к числу тех безумных и невежд, которые не имели даже представления о том, почему нельзя крестить труп?
Разве можно подумать, что Господь, умудрявший апостолов и святых отцов, вопреки их установлениям, на примере конкретного святого показывал бы, будто приемлет крещение усопшего? Но разве не Сам Господь действует в таинстве руками священнослужителей и, тем более, святых? Не об этом ли твердит нам и Э. Челидзе, говоря, что таинство, совершаемое Самим Господом, Им же и освящено?
И разве кто-то другой действует, когда священник совершает таинство? Разве священник не является лишь исполнителем внешней формы, а Бог — при правильном совершении этого таинства — Подателем благодати? Итак, почему и как крестят усопшего и может ли крещение усопшего быть таким же благословенным делом, как и крещение окроплением? Разумеется, нет!
Э. Челидзе всегда полностью смещает акцент на обливание, игнорируя при этом то, что это обливание (будучи даже крещением) было совершено над трупом. Что здесь является бóльшим исключением? Обливание или крещение усопшего?
Если кто-либо (в том числе Э. Челидзе), исходя из этого примера, доказывает нам законность обливания, то он должен убеждать нас и в законности крещения усопшего, что противоречит данному Богом закону и Священному Писанию. Бог же не противоречит Себе! Поэтому недопустимо понимать подобные случаи в прямом смысле и видеть во всём благословение Божие в том смысле, будто отныне эта форма (коль скоро она была благословлена Богом или совершена непосредственно Самим Богом) уже является церковным таинством. Подобное утверждение равносильно ереси и заслуживает анафемы.
Или спросим: как и на каком основании епископ Федим дерзнул при физическом отсутствии рукополагаемого кандидата лишь словом «возложить руку» на него? На какой опыт опирались св. Василий Херсонесский или епископ Федим (и другие святые), совершая подобные действия? Имела ли Церковь каноническое основание для подобных крещений или рукоположений? — Очевидно, нет! Церковь ничего подобного не учила своих чад, напротив, как мы видели выше, Церковь даже законодательно запрещает крещение усопшего и не благословляет никакую иную форму, вызванную обстоятельствами.
На примере епископа Федима или св. Василия ни один здравомыслящий человек не станет ни крестить усопшего, ни совершать рукоположение на расстоянии лишь словом — то есть совершать над человеком в его физическое отсутствие такое церковное таинство, при котором личное присутствие строго обязательно (надеемся, никто не станет спорить с тем, что в семи церковных таинствах без физического присутствия лица, над которым они совершаются, священнодействие состояться не может).
Итак, на каком основании святые отцы совершали такое священнодействие? На каком основании дерзали на подобные отступления? И что самое главное, что приводило в действие церковное таинство в таком случае? — Форма совершения, святость совершителя или принимающего таинство, Промысл Божий, вера человека или что-то иное?
Выше мы уже разъяснили, что́ есть таинство; что в нем выделяются три важнейших момента: 1) Божественное установление; 2) видимое действие; и 3) невидимое действие благодати Божией. Для того чтобы исполнилось третье, главное условие, необходимо, чтобы таинство совершалось правильно.
Как убедиться в том, что таинство было совершено правильно, дабы не усомниться в сошествии благодати Божией? — Для этого внешняя форма таинства должна совершаться так, как её установил Христос и утвердили апостолы.
Это и есть канонический образ любого таинства. А совершенные в отличие от него случаи (независимо от их количества) считаются допустимым по особым причинам отступлением, которое является уважительным, и Бог в таких случаях подает верующему благодать по его вере или ради обращения язычников. Именно поэтому подобным таинствам предшествовали или их сопровождали многочисленные чудесные явления.
Наши оппоненты, наставляемые Э. Челидзе, вменяют нам в вину фанатичную приверженность форме и пытаются представить нас «обрядоверами». Но нам хочется спросить этих «философов»: если не по форме, то как же епископы, священники, диаконы и миряне официальной «православной» церкви узнают о сошествии благодати в таинстве? Своими плотскими очами видят невидимую энергию Божию или зреют ее незрелым умом, обремененным житейскими попечениями? Или, быть может, каждый из них — чудотворец, а мы того и не знаем?
Но мы прекрасно знаем и ничтожество тех, кто увлечен житейскими наслаждениями и интересами, и то, что мы не способны к духовному созерцанию Божественных таинств, ибо мы плотские, тленные и смертные, отчего и нуждаемся именно в формальном выражении духовных таинств, дабы быть уверенными, призываем ли мы духовную благодать или нет, сподобимся ли благословения Божия или нет. Преподобный Иоанн Дамаскин говорит: «Поскольку человек сугуб — из души и тела, — то и очищение Он дал нам сугубое: водой и Духом, чтобы Дух обновлял в нас "по образу и по подобию", а вода благодатью Духа очищала тело от греха и освобождала от тления, и чтобы образ смерти (то есть погружение — архиеп. П.) совершала вода, а обручение жизни даровал Дух» (преп. Иоанн Дамаскин. Точное изложение православной веры. Изд. Тбилисской духовной академии. Тб. 2000. Пер. с древнегреч. Э. Челидзе. С. 167).
Пока мы находимся в еще тленном и исполненном страстей теле, если мы не освободимся от его влияния и не приобретем духовного зрения, страсти не дадут нам возможности увидеть, сходит ли благодать на совершаемые нами таинства. Но именно поэтому, ведая нашу немощь, Бог и дал нам видимый знак невидимого действия Своей благодати — правильную и точную форму совершения таинства, при соблюдении которой, даже если мы не видим этого ни духовным, ни плотским зрением, мы всё равно уверены: таинство действительно совершилось и благодать Божия сошла на христианина.
Гарантией этого и является внешняя форма; именно поэтому древлеправославные христиане хранят её с таким усердием, а вовсе не потому, что они «обрядоверы», как нас насмешливо называют «необрядоверные» и «православные» оппоненты. Более того, они настолько уверены в благодатности любого совершаемого ими безобразия, что способны вводить даже невероятные новшества, ярким выражением чего является аэробаптизма (крещение в воздухе) и многое другое, что они укореняют в своей церкви. Но вернемся снова к исключительным случаям.
В исключительных случаях, или, иначе говоря, тогда, когда Бог Своим непостижимым Промыслом допускает совершение того или иного таинства, осуществляемого в особых обстоятельствах тем или иным лицом или святым, всегда подразумевается, что подобное отступление становится благодатным либо по вере и святости совершителя, либо по вере и святости принимающего таинство; кроме того, всё это допускается и для обращения очевидцев к вере, а не потому, что это якобы каноническая форма церковного таинства (как крещение усопшего не является каноническим, а равно и преподание рукоположения заочно, точно так же обливание-окропление не есть узаконенное Церковью таинстводействие).
В качестве примера такого действия мы можем привести случай из жития святого великомученика Пантелеимона († 305). Однажды незнакомцы привели к нему слепого, которому не смогли помочь другие врачи. Пантелеимон спросил слепца:
"На других врачей ты все истратил, никакой не получив пользы; мне же что ты дашь, если я уврачую тебя, и ты опять станешь видеть?» – «Все, что еще осталось у меня, тотчас положу к ногам твоим», – ответил тот. На это Пантолеон сказал: «Дар зрения Бог, Отец светов, подаст тебе чрез меня, недостойного раба Своего; а что обещал ты мне – раздай ты бедным, когда возвратишься отсюда здоров".
22. Услышав это, отец его стал отклонять его от такого начинания, говоря: «Сын мой возлюбленный! Не берись за дело, которого совершить не можешь, чтобы, в случае неуспеха, не быть осмеяну. Ибо что можешь ты сделать более тех превосходящих тебя опытом врачей, лечивших его и не могших вылечить?» Пантолеон ответил ему: «Что я хочу употребить для этого человека, того не знает ни один врач; между ними и учителем, научившим меня сему, большое расстояние».
Подумав, что он говорит это об Евфросине, отец сказал: «Я слышал, что и учитель твой лечил этого человека, и ничем не помог». На это Пантолеон так отозвался: «Подожди немного, отец мой, и само дело покажет, истинна ли моя уверенность в успехе». Сказав сие, коснулся он очей слепого и, призвав имя Христа Господа, помолился об исцелении его и сказал: «Во имя Господа Иисуса Христа, просвещающего ослепленных, прозри и виждь». И тотчас отверзлись очи его, и он прозрел. В тот час уверовал во Христа Евсторгий, отец Пантолеонов, и явно исповедал веру свою; уверовал в Господа и прозревший слепец, двойное получив прозрение, вместе с телесным – и душевное; ибо слепотствовал и душою, будучи усердным поклонником идолов" (იხ. Житие, страдания и чудеса св. великомученика и целителя Пантелеймона. Москва. 1903 г., стр. 16 – 17).
Очевидно, каково основание уверенности Пантелеимона в том, что в указанный им момент он исцелит слепого — это основание заключается в том, что он научен Самим Господом («Кто научил меня...»), и «само дело покажет» уверенность св. Пантелеимона в своем намерении. (მთელი წინადადება დასალაგებელია. თითქოსდა რაღაც აკლია, არასრულყოფილია). В частности, св. Пантелеимон заранее знает, что в назначенное время, наученный Господом, он совершит чудо. Именно так мы должны подходить и к вышеперечисленным, а также к другим чудесным случаям, имевшим место в истории Церкви. Следует полагать, что знал святой Василий Херсонесский: когда он обольет водой усопшего, тот восстанет (обливание водой, как мы уже показали, есть символ благодати); что преподание Божественной благодати поднимет этого человека на ноги...
В первые века гонений на христиан в языческих темницах и тюрьмах совершалось множество церковных таинств, особенно крещение и причастие (миропомазание, вероятно, даже не могли совершать). Вот интересный случай причащения в темнице, когда святой священномученик Лукиан (IV в.) использовал в качестве престола собственное тело и дал совершить на нем святую литургию. «Когда Диоклетиан (284–305) начал гонения на правоверных, преподобный отец был схвачен и отправлен в Никомидийскую темницу, где находился в заточении в течение девяти лет. Истомленный многоразличными пытками и голодом, отец там же и скончался. Перед смертью, в праздник Богоявления, прикованный цепями к одру священномученик совершил на собственной груди Божественную литургию, причастился Сам и причастил бывших там правоверных Тела и Крови Христовых» («Жития святых», том IV, Тбилиси, 2003 г.).
Миропомазание, вероятно, вообще следует пропустить, поскольку по вполне понятным причинам находящиеся в заключении миряне не могли совершать это таинство (если бы по попущению Божию снова не произошло какое-либо чудо). Между тем известно, что без миропомазания христианин не может называться христианином, и даже тогда, когда святые получали благодать до крещения или миропомазания, впоследствии они обязательно принимали крещение и миропомазание, то есть и такие крестились и миропомазывались (или, как это было в апостольский период, на них возлагали руки апостолы).
Таким образом, в исключительных случаях, допущенных Божественным промыслом, когда то или иное церковное таинство (будь то крещение, причастие, покаяние, рукоположение или иное) совершалось в отступление от установленного для этого таинства чина, оно принималось Господом соразмерно вере и состоянию стремящегося к принятию таинства, а не потому, что данный чин считался церковным каноном.
Суть исключения как раз в том и заключается, что Бог восполняет стремящемуся к приобщению Таинству тот недостаток, который необходим для совершения этого Таинства и который испытывает человек, оказавшись в безвыходном положении. Именно в таком случае Господь подаёт ему утешение и, как достойного, приобщает к полноте плодов веры. Иногда же, для обращения множества людей и для явления истины Таинства, Господь совершает Свои Таинства чудесным образом.
Эта истина подтверждается у святых отцов. Например, преподобный Иосиф Волоколамский в книге «Просветитель» передаёт следующий случай:
"Один человек, мирянин, благочестивый и праведный, имел великую веру и большое желание облечься во святой иноческий образ, но, не получив его из-за крайней нищеты, преставился. И вот по какой-то причине открыли гроб, где было положено тело его, и нашли его облеченным во святой иноческий образ: чего он не имел в жизни, то получил по смерти" (Преп. Иосиф Волоцкий. Просветитель. Москва. 1993 г., сл. 11, гл. 1, стр. 285-286).
И это совершенно естественно, ибо, по свидетельству того же святого отца, так глаголет преподобный Макарий Великий: "Если кто-нибудь будет искать и стучать, по слову Господню, и не будет ни увлекаться чем-либо мирским, ни предаваться злым страстям, но будет и умом стремиться, и телесного служения не оставит, и будет просить языком, не переставая, просить до самого конца, – такой человек получит просимое. Если же соблюдет все повеленное, но, хотя и будет стараться, не получит благодати в веке сем, по какому-либо неизреченному Божию промыслу, – то так скажу тебе, и ты поверь: чего ты не имел здесь – получишь там" (Там же. С. 286).
Итак, если Бог видит веру человека и пламенное стремление к очищению и спасению души, Он щедро ниспосылает Свою милость и приобщает его к неизреченным благам. Если же кто-либо приступает к Таинству без веры, то, даже если всё совершат с исчерпывающей точностью, он не сподобится никакого блага, напротив — даже будет наказан. Ибо: "Да просит с верою, нимало не сомневаясь, - глаголет Господь, - потому что сомневающийся подобен морской волне, ветром поднимаемой и развеваемой. Да не думает такой человек получить что-нибудь от Господа" (Иак.1:6-7).
Церковное таинство не является магическим действием; никому не даруется Божественная благодать без веры. В попущенных же Божественным промыслом исключительных и особых случаях, когда есть глубокая вера, но существует недостаток (например, нет воды для крещения, нет священника для принятия исповеди, нет Святых Даров для причастия и т. д.), Божественным вдохновением и благодатью совершается всё. Однако после избавления от подобного безвыходного положения при первой же благоприятной возможности верующий должен восполнить этот недостаток, ибо оставшемуся в живых не прощается пренебрежение совершенным видом таинства.
Не будем же пытаться оправдать беззаконие исключениями, допущенными в особых случаях, и помните, что возведение исключения в ранг закона и утверждение его в качестве всеобщего правила само по себе порождает беззаконие.
Твёрдо помните сказанное: "… не считаем редкий случай законом для Церкви" (Двукратный Константинопольский Собор (861 г.), из 17-го правила).
3. О крещении, совершенном мирянином
Нам могут сказать: хотя крещение и должно совершаться через погружение, однако факт, что в первые века, особенно в период гонений, многие крещения совершались обливательно. Если обливание - не Таинство, то, что же низводит благодать Божию в подобных случаях? Иными словами, что приводит в действие - благодать, когда таинство совершается с отклонением от установленного Богом чина, то есть в виде исключения?
О том, как действует благодать Божия в стесненных обстоятельствах, когда нарушаются отдельные чинопоследования таинства Крещения, хорошо сказано в ответе святого патриарха Фотия епископу Калабрийскому Леону, касающемся действительности крещения, совершенного мирянином.
Для начала рассмотрим, признается ли крещение, совершенное мирянином, и какие возражения существовали или существуют по этому вопросу.
"Дозволение мирянам совершать крещение при современном понимании таинств является совершенно неожиданным, - пишет проф. Н. Афанасьев (1893-1966). Оно ставит сложный догматический вопрос: каким образом допускаются к совершению таинств, хотя бы даже одного крещения, миряне, которые, согласно догматическому богословию, абсолютно отстранены от совершения священнодействий? Современные догматические системы не дают ясного ответа на этот вопрос" (Протопр. Н. Афанасьев. Вступление в Церковь. 4. Мирянское крещение. http://www.golubinski.ru/afanasiev/vstuplenie4.htm) (Обращение к URL: 23.08.2026).
"Первая посылка, что без крещения нет спасения, бесспорна, но вывод, что мирянин должен совершить таинство крещения, только в том случае верен, если признать наличие второй посылки: что миряне имеют способность к совершению священнодействий. Без этой второй посылки совершение мирянами таинства никак не может способствовать вечному спасению человека, так как совершенное ими священнодействие не может дать того, что дает таинство.
Современное догматическое богословие не признает этой второй посылки. Согласно современному учению, миряне не имеют способности к совершению священнодействий. Действительность таинств вытекает из самого факта совершения их законно поставленным священником, … Каким образом при таком понимании таинств может быть мирянам придана, ради спасения человека, способность к совершению таинства крещения? Если же миряне способны (то есть, имеют на это благодать Божью – архиеп. П.) совершать таинство крещения, то, значит, основное положение школьного богословия о полной неспособности мирян к совершению таинств неправильно.
Современное богословие, требуя, чтобы таинство крещения, совершенное мирянином, было дополнено священником, не объясняет, к чему должны быть приложены дополнительные акты: к таинству крещения действительному или условному. Если таинство действительно, то каким образом оно действительно? А если оно условно, то может ли быть условным таинство?" (Там же.)
Поскольку цель нашего исследования состоит не в разрешении данной богословской проблемы, мы оставим этот вопрос открытым, лишь отметим, что проф. Н. Афанасьев ищет пути решения этой проблемы в учении о царственном священстве мирян, которое было утрачено догматическим богословием, но сохранилось в церковной жизни.
По мнению проф. Н. Афанасьева, миряне обладают способностью совершать богослужения, поэтому при определенных условиях совершенное ими крещение является благодатно-действительным. Однако и этот ответ, который Н. Афанасьеву представляется более естественным, далеко не полностью соответствует древнему пониманию таинств в Восточной Церкви.
Впрочем, в крайнем случае право совершать крещение предоставляется и мирянам. Таким образом, когда нет ни епископа, ни священника, ни диакона, никто не должен быть лишен приобщения к дару Божьему.
"Право исполнения его (то есть крещения) принадлежит прежде всего первосвященнику, то есть епископу. Совершать его могут также священники и диаконы, но не без дозволения епископа, дабы сохранить уважение к Церкви в ее начальнике и соблюсти мир чрез сию подчиненность. Впрочем, даже и мирянам в крайнем случае дозволено крестить. Таким образом, когда нет ни епископа, ни священника, ни диакона то никто не должен отрекаться от сообщения дара Господня. … Право исполнения его (то есть крещения) принадлежит прежде всего первосвященнику, то есть епископу. Совершать его могут также священники и диаконы, но не без дозволения епископа, дабы сохранить уважение к Церкви в ее начальнике и соблюсти мир чрез сию подчиненность. Впрочем, даже и мирянам в крайнем случае дозволено крестить. Таким образом, когда нет ни епископа, ни священника, ни диакона то никто не должен отрекаться от сообщения дара Господня" (Тертуллиан. О крещении, XVII. (Русск. пер.: СПб, 1857, с. 23-24).
Таким образом, по словам Тертуллиана, мирянин мог совершать крещение в отсутствие епископа, священника и диакона, причем тогда, когда сделать это было необходимо и неотложно. Но, как говорит проф. Н. Афанасьев, - из указания Тертуллиана следует, что лаик мог совершить крещение в отсутствие епископа, пресвитера или диакона в случае неотложной необходимости. Слова Тертуллиана оставляют впечатление, что он говорил теоретически, а не исходил из фактов церковной жизни.
Действительность такого крещения не подвергалась, по-видимому, сомнению, но тем не менее оно считалось дефектным, так как не было совершено в церковном собраний. Если крещенный лаиком оставался в живых, то он «запечатлевался» епископом на церковном собрании" (Н. Афанасьев. Там же).
"Первое каноническое постановление о допущении лаиков к совершению крещения содержится в постановлении Эльвирского собора (305). Церковная жизнь к этому времени уже значительно изменилась по сравнению с предыдущим временем. Среди оглашенных появляется стремление откладывать крещение по собственному желанию.
Эльвирский собор в своем постановлении, по-видимому, исходил из принципиальной возможности совершения лаиками крещения. Его 38-ое правило указывает, что оглашенный в случае болезни, находясь в пути или вдали от церкви, может быть крещен лаиком, который lavacrum suum integrum habet nec sit bigamus (Получил правильное крещение и не является второбрачным) (Там же).
В этот период к совершению крещения мирянами Восточная Церковь относится с большим сомнением. Восточные соборы нигде не рассматривают и нигде не упоминают о том, что мирянам дается право кого-либо крестить.
Из крупных церковных деятелей св. Василий Великий отрицал возможность совершения крещения мирянами. Это видно из того, что св. Василий Великий сравнивал крещение еретиков с крещением мирян, которое должно подлежать церковному очищению (Epist. 188, can. I. PG 32, 688).
Св. Григорий Назианзин, когда пересчитывает лиц, имеющих право совершать крещение, ничего не говорит о мирянах (Orat. XL, 26. PG 36, 396; ср. Carmen I, II. PG 37, 102).
Составитель Апостольских Постановлений не дает права мирянам совершать крещение:
"Но и народу не позволяем мы совершать какое–либо из дел священнических, каковы: жертва, или погружение, или руковозложение, или благословение, малое или великое. Ибо никто сам собою не приемлет сей чести, но призываемый Богом, потому что достоинство это дается чрез возложение рук епископа, а не получивший его, но восхитивший его сам, потерпит наказание Озии" (III, 10. Русск. пер., с.112).
Из Западных отцов бл. Иероним не высказывал сомнений относительно возможности совершения лаиками крещения в случае необходимости (Adversus Luciferianos. IX. PL 23, 165).
"Даже в XII веке в Византии этот вопрос вызывал сомнение. В толковании 18-го правила Сардикийского собора (344) Вальсамон пишет следующее: "Итак, как нам определено 83 (72) правилом Карфагенского собора без предосуждения крестить тех, о которых есть сомнение, крещены ли они, хотя бы и поистине они получили крещение, так безопасно и без всякого сомнения мы должны крестить и того, кто крещен человеком, не получившим власти крестить и через крещение отпускать грехи (ибо крещение, говорит, очищает от грехов), дабы такое сомнение не лишало его очищения, получаемого от святого крещения. А если кто говорит, что это крещение должно считаться истинным по причине совершенного мирянином чтения святых молитв и помазания святым миром, таковой, конечно, скажет и то, что посвященные в клир епископами, ложно и не по истине поставленными, должны считаться клириками и по дознанию о сем зле, что несообразно и противно правилу 4-му святого и вселенского Второго собора... и 18-му правилу Сардикийского собора, которое определяет, что принятые в клир Мусеем и Евтихианом могут быть приняты только как миряне, но как с клириками — с ними не должно иметь общения, потому что Мусей и Евтихиан суть не рукоположенные. Итак, как не суть клирики рукоположенные непосвященными Максимом и Евтихианом, и Мусеем, так не должен считаться крещеным и тот, о котором говорят, что крещен от непосвященного (то есть – мирянином – архиеп. П.); почему таковой и должен без предосуждения удостоен быть истинного крещения...
Если же кто захотел бы противопоставить мне случившееся во дни святого Афанасия Великого — ибо написано, что крещенные им в детской игре в песке морском были приняты как крещенные, — и то, что совершилось на св. Порфирии, когда он крещен был лицедеем в виде шутки и вследствие этого удостоился мученического венца потому, что тотчас увидел ангелов, предходящих ему со светильниками и взывающих: елицы во Христа крестистеся, — то я противопоставлю этому законное правило, в котором говорится: что не по правилу, то в пример не приводится.
Итак, если непосвященный, совершивший крещение, удостоен такой же Божественной благодати, как и Афанасий Великий и св. Порфирии, то примем и мы совершенное им крещение; если же этого нет, и мы необходимо будем следовать Божественным и священным правилам" (Вальсамон. Толкование 18-го правила Сардикийского собора).
Таким образом, Вальсамон категорически против того, чтобы признать совершение крещения мирянами, но в то же время свидетельствует, что в его время это мнение не было единственным.
С точки зрения установившегося в Византии богословия, аргументация Вальсамона бесспорна. Мирянин как непосвященный (это основной его аргумент) не может совершать крещения. Если он может совершить крещение, то он может в случае необходимости совершать и все остальные таинства, в том числе и таинство рукоположения. Это неизбежное следствие из факта признания крещения, совершаемого мирянами, которое так старательно и безуспешно обходит современное школьное богословие.
Только тот, кто получил благодать совершать таинства, то есть посвященный, с точки зрения Вальсамона, может совершать крещение. Вальсамон готов признать действительными случаи крещения, приводимые им из житий святых, так как святые имели благодать помимо рукоположения, непосредственно полученную ими от Бога.
Тем не менее окончательно возобладала на Востоке противоположная точка зрения под несомненным влиянием практики Католической Церкви. По Православному исповеданию, в случае крайней нужды, крещение может совершить каждый верный, мужчина или женщина" (Проф. Н. Афанасьев. Указ. соч.).
Несмотря на это, на Востоке в конце концов утвердился тот взгляд, согласно которому в крайнем случае крещение может совершить каждый православный мирянин — будь то мужчина или женщина. Согласно правилам Никифора Исповедника (IX в.), крещение может быть совершено каждым верным: «Если в каком-либо месте нельзя найти священника, то некрещеных младенцев может крестить всякий, кто тут окажется налицо. Нет греха: крестит ли отец, или кто бы то ни был, лишь бы только был христианин (имеется в виду православный — архиеп. П.)» (44, 45 (37) правило Никифора Исповедника) (Правила православной церкви с толкованиями Никодима, епископа Далматинско-Истрийского. Т. II. Изд. Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, 1996, с. 593–594).
Особое внимание привлекает разъяснение св. Фотия Константинопольского относительно крещения, совершенного мирянами. Святой патриарх Фотий писал: "Если в свободной стране, где христиане наслаждаются миром и где много священников, кто-либо из мирян, презирая порядок церковных священнодействий и надмеваясь гордостью, дерзнёт совершить это дело (то есть Крещение), таковые после строгой епитимии за свой проступок, совершенно устраняются от получения священства… Ибо кто презрел благодать до её получения, тот не усомнится попрать и полученную. Тех же, которые крещены ими, мы никак не признаём приявшими благодать Духа, а поэтому определяем, что они должны быть крещены водой и помазаны миром…
Но, если святое Крещение совершают (простые) христиане, живущие под варварским владычеством и не имеющие довольно священников, то совершённое по нужде, заслуживает снисхождения и, требующие благодати, не должны быть лишаемы её вследствие тирании неверных. Поэтому крестившие, хотя бы и не имели рукоположения (Будучи из мирян архиеп. Павел.), не подлежат суду и наказанию.
О крещёных же определяем, чтобы они были помазуемы миром, хотя бы уже и получили миропомазание от неосвящённых. Но Крещение, совершённое по нужде (мирянином), да не устраняется. Ибо, хотя оно и не совершенно (по недействительности прежнего миропомазания), однако почтено призыванием Всесвятой Троицы, благочестивым намерением призывающих и верою воспринимающих… Ибо Церковь Божия издревле допускала очень многие случаи крещения, правильно совершаемого, по нужде времени и места, мирянином" (Цит. по: Павлов А. С. Номоканон при Большом Требнике. М., 1897. С. 352-353. Владислав Цыпин. Церковное Право. Часть II. Состав и устройство Церкви. Вступление в церковь. Состав церкви).
Вот так Церковь оценивает крещение, совершенное мирянином. Сам патриарх Фотий не признает его, если мирянин совершает крещение не по причине вынужденных и тяжелых обстоятельств, когда поблизости нет священника, а когда в этом нет никакой необходимости и можно свободно найти кого-либо из священнослужителей.
Что же приводит в действие крещение, совершенное мирянином, если мирянин как таковой не имеет полномочий совершать таинства — вплоть до того, что в случае нарушения вышеописанного порядка крещенный мирянином должен быть крещен заново, и это никоим образом не считается повторным крещением, перекрещиванием или повторным распятием Христа?
"Но, если святое Крещение совершают (простые) христиане, живущие под варварским владычеством и не имеющие довольно священников, то совершённое по нужде, заслуживает снисхождения и, требующие благодати, не должны быть лишаемы её вследствие тирании неверных. Поэтому крестившие, хотя бы и не имели рукоположения, не подлежат суду и наказанию. … Но Крещение, совершённое по нужде (мирянином), да не устраняется. Ибо, хотя оно и не совершенно (по недействительности прежнего миропомазания), однако почтено призыванием Всесвятой Троицы, благочестивым намерением призывающих и верою воспринимающих…" (Владислав Цыпин. Церковное Право. Часть II. Состав и устройство Церкви. Вступление в церковь. Состав церкви) (https://azbyka.ru/otechnik/Vladislav_Tsypin/tserkovnoe-pravo/3_5).
Благочестивое намерение и вера принимающего (22) представлены здесь как приводящее в действие условие таинства, совершенного мирянином. В безвыходном положении, когда нет священника, даже крещение, совершенное мирянином, может быть признано, если оно проведено с «благочестивым намерением и верой принимающего». Так почему же нельзя сказать то же самое о тех отдельных случаях, когда имеется недостаток не только священника, но и необходимого для крещения вещества? Разве не так миряне крестили умирающего еврея в пустыне? Разве не так в первые века крестились гонимые и страдающие мученики, находившиеся в заточении?
-----------
22. Сравн. слова св. Киприана: «…нельзя получить чего-либо меньше там, где с полною верою, и принимающего и подающего, приемлется то, что черпается из божественных даров. …и когда это бывает в церкви, при чистой вере и принимающего (крещаемого — архиеп. П.) и дающего (священника — архиеп. П.), то все может восполниться и совершиться величием Господним и истинной веры» (Письмо к Магну о крещении Новациан и о получивших крещение в болезни) (https://azbyka.ru/otechnik/Kiprian_Karfagenskij/pysma/#0_64) (подробно см. выше, в соответствующей главе).
-----------
Исходя из слов святого патриарха Фотия, применительно к подобным случаям можно сказать: хотя троекратное погружение в воду и необходимо для совершения таинства, но если в силу обстоятельств это невозможно, Бог не осудит стесненного обстоятельствами христианина и примет его намерение сделать то, что могло быть полностью совершено в нормальных условиях. Именно так можно подходить к обливательным крещениям, вызванным обстоятельствами, а не под тем углом зрения, будто этот вид крещения равен крещению погружением и термин «погружение» следует понимать лишь символически. Наглядно отражает подобное положение дел и св. Киприан Карфагенский в уже рассмотренном выше ответе епископу Магнусу.
Таким образом, если в сложных обстоятельствах благодать крещения, принятого человеком через обливание, приводится в действие вынужденным положением и самой верой человека, то и наоборот: если желающим креститься движет не благочестивое, а лукавое намерение и неверие, то пусть крещение будет совершено в полном каноническом чине даже самим первосвятителем, оно не принесет крещаемому никакого благого плода — более того, соделает его достойным наказания как обесценивающего и оскорбляющего Таинство Божие. Ярчайшее подтверждение тому — крещение Симона волхва, который, по преданию, был крещен в воде через погружение святым апостолом Петром, но не сподобился просвещения. Чрезвычайно кратко и лаконично описывает результат крещения Симона волхва святитель Кирилл Иерусалимский: "Симон волхв приступил некогда к купели сей, – говорит святой Кирилл Иерусалимский. – И крестился (Деян. 8:13), но не просветился; омыл тело водою, но не просветил сердца Духом, погружалось в воду и вышло из воды тело (Ин. 5:4), а душа не погреблась со Христом и не воскресла с Ним (Рим. 6:4; Кол. 2:12) (Слово предогласительное, или предисловие к словам огласительным)
Итак, если мы разобрались, что приводит в действие благодать Божию в таинстве, совершенном с отклонением от установленного чина в исключительных или тяжелых обстоятельствах, то остается непонятным: что должно приводить её в действие при обливательном крещении совершенно здорового и невредимого человека, не находящегося в подобных обстоятельствах?
Как мы уже говорили (и этого мнения придерживается подавляющее большинство древних и современных православных богословов), такие крещения совершались в случаях, вызванных тяжелыми обстоятельствами или попущенных Промыслом Божиим. Но если мы превратим подобное отклонение от установленного церковного чина в общее правило, то нарушим и необходимые условия, дарованные для таинства, в результате чего таинство останется несовершенным. Поскольку эти случаи отличаются от общего правила и закона, они остаются за пределами сути церковного таинства, и именно поэтому образуется категория исключения, а не потому, что подобное происходило редко.
Подобные факты мы должны оценивать как случаи особого Промысла Божия, которые Господь внушал людям для укрепления в вере и для того, чтобы показать: Бог, в отличие от человека, не ограничен обстоятельствами и может подать милость Своим чадам и спасти их души. Итак, как же нам смотреть на все эти случаи? — Как на непостижимый Промысл Божий, указывающий нам, что для Него спасение человека возможно в любых обстоятельствах, если человек имеет соответствующую волю и веру. Как святитель Киприан Карфагенский говорил о подобных случаях: «…и когда это бывает в церкви, при чистой вере и принимающего (крещаемого — архиеп. П.) и дающего (священника — архиеп. П.), то все может восполниться и совершиться величием Господним и истинной веры» (Письмо к Магнусу о крещении Новациан и о получивших крещение в болезни) (https://azbyka.ru/otechnik/Kiprian_Karfagenskij/pysma/#0_64).
Подобные случаи укрепляют нашу веру и упование, но эти же самые случаи мы не должны возводить в церковный канон. Почему? Потому что, как говорил преподобный Исаак Сирин (VII в.): «Действие и образ Промысла Божия совершенно отличны от общего человеческого порядка. Ты же следуй общему закону, а не исключительному случаю».
Именно поэтому устроение церковной жизни на основе редких, исключительных и отличных от общего правила примеров путем их внешнего подражания и повторения есть не что иное, как утверждение, будто ты можешь поступить так же, как это было возможно в тех редких, чудодейственных и попущенных Промыслом Божиим случаях. А это уже знак самоуверенности и гордости.
Когда нам приводят множественные примеры крещений, совершенных в заточении, или оживления усопшего через обливание, или крещения дождем, или даже песком, неужели думают, что в случае повторения подобного вида крещения произойдет то же, что и тогда? И что таинство подействует от Бога точно так же, как оно подействовало в тех случаях? Что дает нам повод к подобному утверждению?
Патриарх Вальсамон, авторитетный толкователь Номоканона и противник возведения исключительных случаев в ранг закона, прекрасно замечает: «…что не по правилам, то в пример не приводится». Таким образом, если лицо (духовное или мирянин), совершившее обливательное крещение, «удостоен такой же божественной благодати, как и Афанасий Великий и святый Порфирий, то примем и мы совершенное им крещение; если же этого нет, и мы необходимо будем следовать божественным и священным правилам» (Правила святых поместных соборов с толкованиями. Правила святаго поместного собора Сардикийскаго. Москва, 1880, с. 352).
Но вернемся снова к отношению Е. Челидзе к исключительным случаям и рассмотрим его заблуждение на примере еще одного чудодейственного случая.
В своем очередном выпаде против старообрядцев Э. Челидзе отмечает:
«Если крещение обливанием — это исключительная форма, проистекающая из человеческой немощи и бытового давления внешних факторов, то Господне всемогущество никоим образом не должно было бы к ней прибегать, поскольку никакая немощь и принуждение обстоятельств не могут Его ограничить... Если сам Господь установил незыблемым и единственным законом крещение полным видимым погружением, как о том мудрствуют перекрещивающие "погруженцы", то очевидно, что и в самом безграничном и всемогущем действии Божьем неизбежно (?) должен был бы проявляться именно этот незыблемый закон» («Душа-живая», стр. 264-265).
Но подобные рассуждения — полная ложь и бред, поскольку Господь, в отличие от человека, не обязан подчиняться установлениям, дарованным Им Самим людям, так как, по учению Церкви, — "Бог идеже хощет, побеждается естества чин: творит бо, елика хощет" (Великий Канон (Творение Святого Андрея Критского). Песнь 4, На "И Ныне…" (см. также: "когда пожелает Бог, то нарушается порядок природы…" (Великий Канон (Творение Святого Андрея Критского). Песнь 4, На "И Ныне…" (https://www.molitvoslov.com/show_all/486).
Но фантазия нашего «ученого» этим не ограничивается: «В самом деле, — продолжает он, — каковой бы ни была крайняя бытовая ситуация (в человеческом понимании), Господне всемогущество способно мгновенно сотворить купель для полного погружения или обширный водоем в любом месте и полностью погрузить в эту воду несметное множество (равно как и в противоположном случае Оно оставляет совершенно непоглощенными многих в разверзшихся по воле Божьей недрах земли)» (Э. Ч. «Душа-живая», стр. 265).
Эта логика Э. Челидзе очень близка к логике так называемых «беспоповцев», по мнению которых исключение может стать нормой церковной жизни. В этом убедится каждый, кто ознакомится с последней частью «Поморских ответов», где свое беспоповство и порожденные им учения (например, о совершении церковных Таинств мирянами, о духовной Евхаристии и т. д.) они оправдывают исключительными случаями, имевшими место в истории Церкви.
Да, всемогущество Господне способно в сложной обстановке явить всю атрибутику, необходимую для совершения того или иного Таинства, равно как Оно способно мгновенно разрешить для попавших в тяжелые обстоятельства христиан и другие проблемы, отличные от крещения: отсутствие храмов, отсутствие священников, отсутствие епископов, отсутствие Причастия и т. д. Но если Бог этого не делает и для каждого упомянутого случая допускается своеобразное исключение или отклонение, совершение Таинства в подобном виде вовсе не составляет канонического права.
Для большей наглядности давайте рассмотрим несколько примеров.
Продолжение следует.
>>>
28